Интервью корреспонденту газеты «Ведомости» Глава МВД Борис Грызлов уверен, что предпринимателям в нынеш­них условиях выгоднее работать цивилизованными методами.
Версия для печати

Прямая речь

Хочу напомнить бизнесу, что времена изменились

Назначение бывшего руководителя фракции «Единство» Бориса Грызлова на пост министра внутренних дел стало одной из главных кад­ровых сенсаций этого года. За три месяца, которые Грызлов проработал в новой должности, он провел капитальную реорганизацию центрального аппарата МВД, сменив большинство заместителей министра и руково­дителей всех ключевых главков.

 

В интервью «Ведомостям» Борис Грызлов рассказал о том, как он будет бороться с коррупцией в МВД, как это отразится на взаимоотно­шениях бизнеса и милиции и в чем смысл аппаратных новаций в мини­стерстве. Новый министр также поведал о своих взглядах на вопросы, по которым давно пикируются представители различных силовых структур: Грызлов заявил, что он против ревизии приватизационных сделок, а фи­нансовая разведка должна создаваться на основе гражданского ведом­ства, а не межведомственного центра при ГУБЭП.

 

— Что такое, по-вашему, нынешнее МВД для российского бизнесмена — гарант интересов его собственности или фактор дополнительных издержек, связанных с коррупцией в милиции?

 

— При всех издержках в работе нашего ведомства в рамках существу­ющих законов и своих возможностей мы охраняем собственность всех граждан и государства. Что касается коррупции в милиции, то она есть, но, думаю, не в больших масштабах, чем в среднем по всем государствен­ным структурам. Думаю, что отношения милиции с предпринимательс­ким сословием во многом определяются качеством законов, которые у нас регулируют бизнес. Чем либеральнее будут эти законы, т. е. чем мень­ше будет вмешательство чиновников в бизнес, тем меньше будут любого рода мздоимства. Сегодня взятки дают бизнесмены, не желающие чест­ной конкуренции. Вместо рыночных методов борьбы с соперниками они обращаются за покровительством во властные инстанции, в том числе и в силовые ведомства. Законы таковы, что эти инстанции у нас все еще имеют возможности вмешиваться вдела предпринимательства на сторо­не одного из конкурентов, давя других. Рынок так работать не может. Так что пора уже говорить о взаимной ответственности милиции и бизнеса за ситуацию.

 

— Вы хотите сказать, что бизнес развратил милицию?

 

— При существенной зависимости бизнеса от государственных структур не стоит сваливать все только на одну сторону. Беда в том, что многих такая ситуация устраивает. Одни приспособились к получению доходов, другие наживают в этой ситуации политический и прочий ка­питал. Об этом говорил президент Владимир Путин в своем послании Федеральному собранию: такая стабильность никому не нужна.

 

Я бы, наверное, развил тему ответственности МВД и ответствен­ности бизнеса за ситуацию в стране в целом. Бизнес становится более цивилизованным. Например, предприниматели объединяются в обще­ственные союзы - Российский союз промышленников и предприни­мателей, Ассоциацию российских банков, «Деловую Россию», - чтобы сообща отстаивать свои интересы. Это свидетельствует о том, что у нас складывается гражданское общество, то есть создаются общественные организации, которые находят формы легитимного взаимодействия с властью.

 

Но чтобы предъявлять требования к власти, бизнес должен более ответственно относиться и к самому себе. Я хотел бы отметить, что у нас есть много претензий к предпринимательскому сословию. Приходится сталкиваться с шокирующей статистикой. Например, мы выяснили, что лишь незначительный объем рыночной торговли находится в правовом поле. И только с этого объема выплачиваются налоги. Абсолютное боль­шинство предпринимателей в этом секторе налоги не платит. Я думаю, что мы вправе предъявить претензии предпринимателям, которые таким образом ведут свой бизнес. Придется поправлять эту ситуацию.

 

Со своей стороны органы правопорядка обязаны следить за тем, чтобы правила работы на рынке одинаково соблюдались всеми его учас­тниками — от хозяев нефтяных гигантов до розничных торговцев в пави­льонах. Цель у бизнеса и у власти одна — чтобы эти правила были выгод­ны для честного предпринимательства и выполнялись.

 

Тогда бизнес захочет работать в правовом поле, а область коррупции существенно сузится. Это те условия, которые позволяют работать с большей эффективностью и бизнесу, и правоохранительным органам. Потому что чем совершеннее законы, тем легче их охранять.

 

- Какие конкретно действия Вы собираетесь осуществлять для исправ­ления ситуации с коррупцией в МВД?

 

— Коррупция — это понятие обоюдное. Нельзя говорить о корруп­ции в органах власти, конкретно о коррупции в МВД, не упоминая вто­рую сторону, которая эту коррупцию провоцирует. Я имею в виду биз­несменов, которые не привыкли решать свои вопросы законным путем — путем изменения законов, путем цивилизованного лоббирования своих интересов. Ведь именно для этого они организуют свои предпри­нимательские союзы. Тем не менее часть из них предпочитает решать свои проблемы, так скажем, «с глазу на глаз» с каким-то одним чинов­ником, от которого из-за несовершенства законов, к сожалению, зависит то или иное решение. Таким образом и рождается коррупция. В МВД сотрудников больше миллиона. По закону больших чисел среди них может быть какое-то количество сотрудников, которые коррумпи­рованы и пытаются решать вопросы каких-то отдельных предприни­мателей в их пользу.

 

Полностью победить это социальное зло не удавалось еще никому. Но сузить, так скажем, коррупционную базу возможно. Борьба с корруп­цией — это не только внутриведомственная задача, это вопрос успеха судебно-правовой реформы, укрепления законодательной базы, общего оздоровления экономики страны. Со своей стороны я хотел бы напом­нить бизнесу, что времена изменились и намного эффективнее блюсти свои интересы, используя цивилизованные формы работы - участвуя в законодательном процессе, отстаивая свою позицию через обществен­но-политические организации. МВД - это оружие, призванное защи­щать Закон. Какие законы будут приняты, такие мы и будем защищать. Иного пути нет. Покупка отдельно взятых чиновников — путь бесперс­пективный и, главное, опасный.

 

— Как надо расценивать то, что Вы сменили руководителя Управления собственной безопасности МВД?

 

— Как доказательство серьезности намерений. Соблюдение закон­ности в собственных рядах — наш приоритет и сегодня, и в будущем. У нас действует Управление собственной безопасности, и это управление работает достаточно успешно. Сейчас начальником управления я на­значил Константина Ромодановского. За последние два месяца эта служба действительно провела серьезную работу в тесном теперь уже сотрудничестве с Главным управлением кадров. Конкретные результа­ты уже есть.

 

— Есть мнение, что единственный способ повысить эффективность МВД - это произвести резкое повышение зарплат одновременно с серьез­ным сокращением численности.

 

— Я бы сказал так: нет иного пути повышения эффективности, кроме серьезного повышения уровня социального обеспечения сотруд­ников правоохранительных органов, оптимизации управленческой структуры, улучшения кадровой ситуации в органах внутренних дел, в том числе и за счет сокращения. Если говорить о тех реформах, кото­рые сейчас проходят в МВД, то они как раз и призваны решить данные задачи. Мы ликвидировали проблему дублирования функций. У мили­ции субъектов Федерации есть начальник, которому теперь подчиня­ются все сотрудники МВД. Именно он персонально отвечает за резуль­таты работы в субъекте Федерации. Появились Главные управления по федеральным округам, созданы службы в центральном аппарате: Служ­ба криминальной милиции, Служба общественной безопасности, Служба тыла. Уровень руководства службами повышен до заместителя министра. В то же время вопрос повышения денежного содержания сотрудников МВД остается самым главным. И для улучшения матери­ального обеспечения наших сотрудников будут задействованы все воз­можности.

 

С 1 июля будущего года планируется приравнять зарплаты со­трудников МВД к соответствующим окладам государственных служа­щих. Сейчас с 1 июля текущего года удалось увеличить надбавку за сложность и напряженность условий работы с 25% до 50% к окладу. Но это, конечно, не изменяет коренным образом условий работы. Я был в Ярославской области — достаточно благоприятной с точки зре­ния экономической ситуации. Там на конец прошлого года были за­полнены практически все вакансии в органах внутренних дел. Но с улучшением общей экономической ситуации, с повышением средней заработной платы в регионе начался отток из органов МВД. Раньше сотрудники МВД отбирались на службу по конкурсу. Сейчас мы не можем говорить о том, что у нас есть несколько претендентов на одно вакантное место. У нас есть вакансии, а заполнять их приходится без должного отбора. Так что повышение денежного содержания — для нас вопрос сохранения профессионального уровня министерства. И уж если мы говорим сегодня о взаимоотношениях бизнеса и правоох­ранительной системы, то хочу еще раз сказать, что общественная бе­зопасность — вещь не дешевая и у нас нет иных средств, кроме бюд­жетных, которые в свою очередь формируются из налогов. В предпринимательском сословии работают грамотные управленцы, так что пусть решат, что дешевле и безопаснее — создавать собствен­ные, подчас сомнительные, системы защиты частных интересов или все же легитимно, через налоги, договариваться об этом с государ­ством. Только так мы можем сделать отношения общества и государ­ства предсказуемыми. Иной формы работы в гражданском обществе не существует. Тем более, как все мы знаем, попытка бороться с госу­дарством — вещь бесперспективная и малоприятная.

 

- Существует ли проблема управляемости региональных УВД в связи с претензиями губернаторов влиять на их руководство?

 

- Недавно на Совете Федерации обсуждались поправки к Закону «О милиции», касающиеся назначения начальников УВД в субъектах Феде­рации. Принято решение о создании согласительной комиссии для уточ­нения формулировок этих пунктов. Это как раз нормальный пример процесса разграничения зон ответственности между, так скажем, субъек­тами финансирования правоохранительной системы. Я считаю, что на­чальников УВД в субъектах Федерации надо назначать без согласования с руководителями субъектов. Согласно поправкам к закону это назначение должен делать Президент по представлению министра внутренних дел. Тем не менее, мы должны дать регионам рычаги управления теми службами, которые оплачиваются из их бюджетов и заняты обеспечени­ем общественной безопасности. Такая поправка тоже была предложена. По ней заместитель начальника территориального УВД по обществен­ной безопасности назначается с согласия губернатора. То есть замначальника УВД по общественной безопасности действительно может быть членом Правительства субъекта Федерации, чтобы полностью по­грузиться именно в региональные проблемы.

 

- Что повлияло на Ваше решение сменить большую часть заместите­лей министра и начальников всех ключевых главков?

 

- Это управленческие решения, за которые я несу ответственность. Действительно, на ряд должностей назначены другие лица. Но это не значит, что эти люди — новички в МВД: они из нашей структуры и зани­мали руководящие должности и до нынешнего назначения. Я укрепляю те направления, которые существенным образом влияют на повышение эффективности деятельности МВД, подбираю более сильных руководи­телей. Это касается и руководителей управлений и главных управлений. Назначены практически все, среди них есть как новые, так и уже рабо­тавшие на этих должностях руководители.

 

- Владимир Путин недавно обозначил одним из приоритетов силовых служб защиту интересов собственников, чему бизнес обрадовался. Как кон­кретно это будет осуществляться? Означает ли это, что МВД, например, больше не будет заниматься делами, связанными с приватизацией компа­ний, которые у вас до сих пор ведутся?

 

- Вопрос о защите собственности вообще ключевой. Хотя для МВД эти задачи и формулируются как новые. Но, еще раз повторюсь, МВД — это оружие, которое призвано защищать Закон, а не собствен­ные умозаключения и политические позиции. Когда я был руководите­лем фракции «Единство», мы выступили с предложением по уменьше­нию срока давности по приватизационным сделкам с 10 до 3 лет. На мой взгляд, именно через законы нужно решать задачи по защите прав собственности.

 

- То есть органы МВД больше не будут заниматься приватизационны­ми делами?

 

- Органы МВД будут заниматься тем, что будет предписано Зако­ном. Моя личная позиция по приватизационным сделкам такова: реви­зии итогов приватизации быть не должно.

Компетенция правоохранительных органов должна быть ограниче­на случаями нарушения законодательства, исключая ситуации, когда недобросовестные приватизаторы воспользовались несовершенством нормативно-правовой базы.

 

Сейчас структура МВД имеет такую задачу, как защита предпринима­тельской деятельности. Я убежден, что в этом вопросе нам придется актив­но сотрудничать с бизнесом, который за эти годы научился в чем-то дубли­ровать функции правоохранительных органов, создав частные охранные предприятия, службы безопасности коммерческих структур, которые дос­таточно профессиональны. И считаю, что нам необходимо наладить конст­руктивные отношения с ними, они должны действовать в наших общих Интересах: обеспечение порядка, обеспечение общественной безопасности.

 

Мы уже создаем возможности для обучения сотрудников частных охранных предприятий в системе МВД - я имею в виду Академию МВД. У нас есть возможность использовать систему нашего Информационно­го центра по запросам охранных структур. Мы можем, с другой стороны, от частных охранных предприятий получать информацию, например, видеонаблюдений, если в зоне, которая охраняется частными структура­ми, совершены какие-то противоправные акты. Пока это только начало. Я считаю, что здесь мы должны усиливать наши контакты и решать со­вместно общие задачи. В том числе и по охране собственности.

 

— То есть Вы подписываете соглашения о сотрудничестве со службами безопасности крупных компаний?

 

— Например, «Роснефть» имеет свое предприятие в Чеченской Рес­публике - «Грознефть». Там криминальная ситуация тяжелая, были и имеются хищения нефти и нефтепродуктов, средний уровень этих хище­ний достигал 300 тонн в день. Было заключено соглашение между ком­панией «Роснефть» и нашим Управлением вневедомственной охраны, создан мобильный отряд по охране трубопроводов, скважин. И ситуация сегодня такова, что в отдельные дни удается избежать хищений полнос­тью. Так что это тоже пример взаимодействия бизнеса и МВД по реше­нию общих задач.

 

- Что вы думаете о реализуемой Президентом судебной реформе? Не­которые силовики жалуются, что она ущемляет их интересы и полномочия.

 

- Судебная реформа должна привести действующее законода­тельство, включая процессуальные нормы, а также систему судопро­изводства в соответствие с Конституцией, создать эффективный ме­ханизм обеспечения гарантий прав собственности, личности, способствовать развитию правовой культуры и правового сознания в России.

Реформа позволит создать действительно серьезную судебную сис­тему, повысить ответственность судей за выполняемую ими работу.

 

- Общее ролевое поведение силовиков, у которых суды отнимают мас­су полномочий, — активно противодействовать такой реформе.

 

— Отчасти это нормальная корпоративная логика. Однако я не счи­таю, что сотрудники, по крайней мере, МВД, противодействуют проведению судебной реформы. При обсуждении создания Федеральной службы расследований рассматривался вопрос повышения роли дозна­ния. Обсуждались вопросы уменьшения наказания за нетяжкие преступ­ления, сокращения сроков проведения дознания и следствия. Это все воспринимается милицией как положительные факторы.

 

- В этом году должно родиться новое ведомство — финансовая развед­ка. Претендуете ли Вы на то, чтобы создать ее на основе МВЦ при ГУБЭП МВД? Это должно быть силовое ведомство или ведомство гражданских финансовых аналитиков?

 

— Действительно, есть межведомственный центр при нашем Управ­лении по борьбе с экономическими преступлениями. И этот центр рабо­тает продуктивно. В то же время речь сегодня необходимо вести не о стату­сах, а о функциях. Очень важно, что межведомственный центр является органом анализа и обработки информации; мы в значительной мере ис­пользуем его материалы. Однако, по моему мнению, функции финансо­вой разведки должно взять на себя гражданское ведомство.

 

Булат Столяров


Rambler's Top100